«Они же не знают страданий»: что говорил Зиновий Гердт о жизни и ремесле

Воскресным утром в скверике Цюриха мимо Зиновия Гердта и его жены Татьяны Александровны шли улыбающиеся пожилые люди. Татьяна вдруг спросила, хотел бы он не переехать в Швейцарию, а родиться здесь. Актёр воскликнул: «Да не приведи господи! Они же не знают страданий!»

Гердт не считал безоблачную жизнь полноценной. Он говорил, что в этой стране без страдания человек не может сложиться как личность.

Сам он почти всю жизнь был недоволен своей работой и не любил смотреть фильмы со своим участием. Фразу «моё творчество» актёр физически не мог выговорить, называл актёрство ремеслом и считал опасным «комплекс полноценности» в искусстве. Однажды он сказал: «Как только сочтёшь какую-то свою работу достижением, остановишься, застынешь в неподвижности».

Прошедший войну и терявший боевых товарищей Гердт и в мирные дни воспринимал жизнь как чудесный подарок судьбы. У всех, кто выжил, говорил он, есть острое ощущение, что жить надо достойно. При этом актёр не выносил панибратства поклонников: незнакомые люди лезли целоваться и называли его «батей», а это было для него мукой. Но он помнил и другое: на Черемушкинском рынке корейская семья подарила ему самый красивый арбуз, а девушка объяснила отказ от денег тем, что просто может сделать себе маленькое удовольствие.

Зиновий Гердт родился в 1916 году, прошёл Великую Отечественную войну, получил тяжёлое ранение, едва не стоившее ему ноги. После этого его карьера строилась на театральной сцене и в кино, где прославили роли в «Золотом телёнке» и «Соломенной шляпке». Но сам он до конца дней называл себя ремесленником, а не творцом.